Владимир Слободинский (jursl) wrote,
Владимир Слободинский
jursl

Консультации юриста Слободинского. Вып. 42 от 17.03.2004г. Часть 2

Окончание. Начало выпуска рассылки см. в предыдущем посте.


Как коллега коллеге

From: П.
Sent: Tuesday, March 09, 2004 6:32 PM
To: 2333@r66.ru
Subject: Вопрос не по существу
Вопрос в сущности не юридический, а практический. Я живу в городе Л. Работаю, но хочется более интересной работы и увеличения денежных доходов. С этой целью хочу зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя. Но учитывая, что рабочий день составляет с 8-00 до 17-00, а то и дольше, встречаться с клиентами придется либо с выходом к ним, либо с их приходом ко мне домой. Либо на нейтральной территории, то бишь как вариант - кафе. Насколько я понял, Вы тоже осуществляете свою деятельность из квартиры. Не подскажете, какова у Вас посещаемость в выходные дни и после 19-00 вечера? У вас отдельный кабинет для работы с клиентами или все обыденно? Как клиенты воспринимают домашнюю обстановку? Откуда приходит больше клиентов - по объявлениям в газетах или на радио (если ведете такую статистику)? Если пробовали работать через юридические консультации (в смысле: часто они не берут безнадежных клиентов или клиентов с небольшими исковыми требованиями, а отдавать частным юристам в принципе могут), то каков результат? Заранее спасибо! С уважением, П.


Думаю, можете смело так работать, как Вы и планируете.

Мой родной брат (живет в Оренбургской области) тоже так работает. Правда, он более дорого обставляет свою квартиру-офис, для "пыли", в хорошем смысле. У меня-то все просто.

Посещаемость - разная. Если даю рекламу о приеме в вечернее и выходное время, то люди в это время больше и идут. Кабинета специального нет, но существует просто как бы кабинет - моя небольшая комната, где я и тружусь. Воспринимают обстановку кто как. Однажды клиенты (пришло их, как помню, сразу трое: дама, муж дамы и еще кто-то) долго сидели /плечом к плечу/ беседовали, часа два, не меньше, все, что нужно, надеюсь, узнали, и когда выходили, то дама, прощаясь в такой же маленькой прихожей и немного потерявшись, спросила вкрадчиво и сочувственно: "А где это мы были? Это ваш кабинет?". Я, естественно, извинился за тесноту. Что я и делаю (извиняюсь) до настоящего времени перед каждым клиентом...

Достаток (недостаток) не позволяет расшириться. Нужна, как минимум четырех-, пятикомнатная квартира. Комната - приемная, комната - кабинет-библиотека, остальные - жилые.

Желателен первый этаж. Ну, может, как вариант, второй. С выходом на оживленную улицу. В идеале - на перекресток. С расположением не на окраинах города, а ближе к деловому центру.

По радио - больше. Но это и дороже.

Через сторонние консультации работать не пробовал, но приходят многие клиенты пря-ямо от них: там отказались, я решаюсь выкрутить...

ВВЕРХ


Реплики по поводу и без...

Одна из моих старых, но только недавно выложенных в Инете заметок. Из серии "Обмен опытом".

Текст также см. по адресам:

http://zhurnal.lib.ru/j/jursl/nemu.shtml
http://jursl.chat.ru/zametk22.htm 
http://jursl.narod.ru/zametk22.htm 


Тяжелая профессия. Я - не Муха!

Работать представителем, ходоком и ходатаем по делам спорящих - тяжелая профессия.

Когда в свое время я начинал трудиться в этой юридической сфере, то о ней практически ничего не знал. Видел, как работают адвокаты редких советских юрконсультаций, работают отвратительно - лениво и бездарно, и думал, что ну уж у меня-то все будет получаться в самом лучшем и примерном виде. Но если бы я загодя знал о трудностях психологического свойства *, не уверен, что пошел бы по тому же пути.

На первом году работы у меня появился удивительный клиент **. С фамилией, четыре первых буквы которой составляли слово муха. Сам крохотный росточком, тщедушный, он и напоминал собой муху. Скорее всего, у него в детстве и была такая обидная кличка (самые жестокие среди нас люди - наши неожиданно не к месту взрослые и злые дети). В глаза я его так не разу конечно же не называл. Но, думаю, если был и назвал, он бы не обиделся. Ну вот такой он простой.

Образ соответствия содержания и формы (жизни и имени) особенно усиливался, когда в нередкие судебные дни его можно было увидеть рядом со своей дамой остывшего сердца. По сравнению с крупной осанистой бывшей пассией он действительно смотрелся мелкой мухой близ дородного шмеля. По профессии та была бухгалтер. В новое время вела официальный и, естественно, неофициальный бухгалтерский учет у нескольких новорусских коммерческих контор. Которые в оплату за столь ценные услуги расплачивались не только щедрой "черной" зарплатой в конвертах, не только не менее щедрыми попойками и иными потребными и не совсем увеселениями, но и особо востребованной в эпоху первоначального накопления российского бандитского капитала помощью в "воспитании" строптивых. У них (его жены и ее подручных) не было других способов "учить" "непонимающих", как только бить.

За два года семейно-жилищно-имущественного спора его по безжалостной криминальной "наводке" жены избивали четыре раза. Два раза на улице. Один раз в подъезде. Один раз вломились прямо в квартиру. Был еще и пятый раз. Это когда жена со своей сестрой, мужем сестры и еще кем-то из родственников сами избили его. Избили и связали. На несколько часов. Телесные повреждения: разрыв мошонки, перелом руки, выбитые зубы, поломанный нос, пробитая голова. Неподсчитываемое количество синяков на теле. Часто лицо - один сплошной синяк. В это время на него страшно было смотреть.

Каждый раз после такого избиения клиент приходил ко мне и мы с ним начинали очередную долгую, нудную и малоэффективную бумажную войну с милицейскими и прокурорскими, чтобы те приняли хоть какие-нибудь меры в отношении обидчиков. Либо брал его натурально за руку и вел в отделение милиции: "Посмотрите, что сделали с ним. Мы спорим с женой по гражданскому делу, а она что вытворяет. Оформите заявление и примите меры". Милицейские принимали заявления, чего-то там делали, получали какие-то объяснения, отчитывались перед прокурорскими и на некоторое время сволочная активность жены утихала. Клиент лечился, расправлял, как та муха после неудачного удара свернутой газеткой, крылышки и снова летал - поправившийся.

Отслеживали и меня.

У меня график выхода из дома никакой. То есть по судам я могу пойти (поехать) и в три часа утра (если, например, нужно добираться в область на поезде), и в пять часов вечера (если нужно передать местному судье ответы на запросы). Только одно я делаю систематически - выход на ежедневные физкультурные пробежки. Изредка и по два раза на дню. И конечным пунктом у меня почти всегда ближайший парк И вот именно на них, на этих пробежках, меня жуликам и можно выловить.

Путь в основном один - через речной пешеходный мостик. До ближайших мостов через реку, и слева, и справа - по километру. Есть еще и переброшенные через реку трубы теплоцентрали. Но о них злоумышленники не знают. По трубам в парк пробираются лишь вездесущие бомжи. Они еще и расположены на невидимом с других мест извиве реки. Я же использую все эти маршруты. И меняю их.

Выбегаю с утра. Не нравится необычно нестандартное шевеление у подъезда. Больше людей, чем в другие дни. И какое-то не такое передвижение автомобилей. Стандартно меняю маршрут. Бегу не напрямую по улице к парковому мостику, а в обход, за местным заводом и по берегу. В субботний малолюдный день на входе в парк стоят две машины. Около них два мордоворота - высоких плечистых быковатых парня. В этот день, знаю, завод не работает, а в дообеденное время и гуляющих мало. А уж машин, и подавно, в те годы там никогда не бывало. Сколько в машинах еще сидят - не видно, стекла затемненные. Стоят напряженными лицами туда, откуда должен я появиться. Но я появляюсь сбоку, откуда меня не ждут. Скорость прибавляю почти до максимума, и когда пробегаю мимо них, меня не преследуют... Заседание с Мухой должно было быть через два дня, в понедельник... С полмесяца, завидя непривычную обстановку у входа в парк, бегаю в обход. Либо в сумерках. Либо ночью.

На дороге поймать меня не получилось. Тогда меня пытаются поймать на самом пешеходном мостике, через который, как преследователи пока думают, я всегда пробегаю. Дислокация такая. На мостике (в первой половине девяностых он был, сохранившись еще с советских времен, очень длинным и полностью деревянным; позже его снесли, поскольку он стал от старости разваливаться), на самой его середине, пять крепеньких вьюношей 15 - 20 лет. На входе-выходе со стороны города, за кустами, два авто с несколькими "подстраховщиками", там же и руководитель "операции". Все, кого видел, трезвые, работа-то ответственная. Попытка моего воспитания происходит на обратном пути из парка. В этот раз, хотя и вижу опасность, не бегу в обход, а направляюсь впрямую, по мосту. Не всегда я иду другими путями, на меня иногда находит. Надоедает прятаться. Те, что стоят на мостике, сразу, как только я на него ступил, стронулись с места и медленно пошли в направлении автомобилей. Я быстро промчался мимо них, но за мной тут же очень споро бежит один гаврик (слышу его топот), догоняет и пытается меня обнять за плечи: "Дай закурить, друг. Ты же мне друг?". У меня из рукава сразу вылетает монтировка и я принимаю боксерскую стойку, продолжая отступать при этом с мостика: "Ну, что надо?". Парень инстинктивно пятится, лицо непроизвольно в испуге. Разворачиваюсь и бегу дальше. Тот однако меня снова нагоняет, сценка повторяется, хотя, вижу, по-прежнему боится. Я начинаю громко материться, посылая того куда подальше, давлю словами. Остальные сзади прибавляют шагу, потом бегут и тоже начинают что-то кричать, приближаясь. Так, всей группой мы вываливаемся на открытую площадку перед мостиком: я впереди, поминутно оборачиваясь, они все вплотную за мной. Людно стало и место открытое. Из-за кустов, от стоящих там машин, с деловым и делано участливым видом выбегают еще двое, возрастом постарше, за двадцать: "Что, что тут у вас?" Я туповато, на бегу: "Не знаю, чего-то пристали". Похоже, среди них главный, он дает отбой, что-то им кричит. Сразу все отстали.

После последнего раза я несколько лет не бегал мимо больших и в неожиданных местах возникающих групп непьяных подростков, благоразумие одолевало, хотя желание похорохориться возникало часто.

В деле Мухи так и не удалось меня побить. В самом парке ловить меня было лень, да и непривычно. Всех всегда бьют либо в подъезде, либо на улице, либо дома. Как всегда били и Муху. Подельники же нашей врагини даже бегать подолгу за мной не хотели. Все те, кто за мной когда-либо натурально бегал, то есть прямо пристраивался и следовал долгую часть пробежки - это только оперативники ***. Из жуликов - никто. Главбуховская банда и шестерки у этой банды были неумело обученные. Заказа меня убивать от бухгалтерши и ее сотоварищей не было, только побить. Но это стало для них задачей трудной - избить сложнее, чем убить. И я оказался не Мухой.

В ответ на все эти пренеприятные действия, я, напротив, усиливал давление на милицейских и судейских, чтобы быстрее решить важные для клиента задачи. Разводил их. Делил супружеское имущество. Делил квартиру. Проталкивал уголовное дело в отношении жены. Всех преследователей как обрезало, когда эти задачи были выполнены. Я жил и наслаждался. Отсутствием опеки. Ни тебе ночных звонков. Ни неотвязных "хвостов" на выходе. Ни засад на пробежках. Никого. Спустя некоторое время даже скучновато стало. Но долго скучать, правда, не пришлось. Появились другие мухи.

Думаю, жив и почти здоров остался я за свои уже скоро двадцать лет общения с судами, и, соответственно, с процессуальными противниками, лишь по причине туповатости последних. Это кроме откровенного везенья, конечно. И благодаря тому, что работаю с гражданами. Споры с прожженными и безбашенными криминально-коммерческими структурами надежды долго прожить не оставили бы. Ну написать донос в налоговую. Ну посидеть страшилкой на телефоне. Ну оплатить "встречу" со мной юным хулиганам. Весь арсенал. Арсенал терпимый. И при грамотной постановке работы и своей защиты при этом - можно обойтись без тяжких последствий. Видимому здоровью. Без учета нервов. 

2000 год
____________________
* - Трудностей собственной безопасности я вскользь коснулся тут (or or or or orВЕРНУТЬСЯ
** - Нечасто бывает, но спустя несколько лет, в 2003 году, этот клиент снова обратился ко мне и мы с ним начали новое большое и хлопотливое дело  ВЕРНУТЬСЯ
*** - Подробнее см. заметку под названием "Тяжелая профессия. Маньяки паркового секса"  ВЕРНУТЬСЯ

o   Комментарии ЧИТАТЬ и/или ДОБАВИТЬ
o   Можно ТУТ или ТУТ

о   Написать АВТОРУ
о   Взглянуть на СТАТИСТИКУ
о   Посмотреть ГОЛОСОВАНИЕ
о   Поставить ОЦЕНКУ
ВВЕРХ


В каждой рассылке пишу, но не многие обращают, как видно, внимание. Мы с вами друзья! Друзья ведь? А дружба подразумевает ВЗАИМНОСТЬ - так во всяком случае учат некоторые психологи (если верно помню: "дружба - это взаимное предоставление безвозмездных услуг"). Я - высылаю вам результаты своей работы (ответы на ваши и не ваши вопросы, изложение своих мыслей). Вы - если у вас нет средств, или желания, или настроения реально компенсировать мои трудо- и иные затраты, шлете критику моих проектов, оставляете комменты и/или голосуете на СИ и/или как-то иначе проявляете свою ответную ДРУЖЕСКУЮ активность. А-а-активнее, Дамы и Господа!

Все на сегодня.

Ваш СЛОБОДИНСКИЙ Владимир Семенович

Не забывайте о назначении читаемой вами рассылки (Консультации...). А потому задавайте свои вопросы (на письма подписчиков отвечаю, пусть коротко, пусть иногда не сразу, но ВСЕГДА)

Цедите елей и метайте молнии вот сюда!

Tags: authorship, delivery, questions-answers, вопросы-ответы, литтворчество, рассылка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments